--> Скип к ночи совета
Время шло и Мимизе немного становилось лучше. Хотя, болезнь не спешила вовсе покинуть тело воительницы, цепляясь за него всеми щупальцами. Ну это ничего. Остроглазая непременно придумает выход, на так ли?

На поляне раздался громкий голос Терзающего Звезды и воители стеклись к валуну собраний. Сегодня была ночь полной луны, а это значит, время собрание. Сейчас огласят списки и вряд ли в нем будет имя Мимозы — чувствовала она то, несмотря на все, неважно. На патрулирование границ её не отпускали, на охоту она ходила, но старалась не идти одна — ещё свалится где-нибудь и замёрзнет. И поминай, как звали. А уж этого она не хотела. Им с Сапсаном ещё котят заводить.... Зато, имя Сапсана как-раз таки было в списке.
Она осторожно подошла к коту и чуть потерлась об его шею — и мягко отстранилась.

— Расскажи потом, как там дела в других племенах. Интересно, болеет ещё кто-нибудь?
Кошка тяжело вздохнула — она надеялась, скоро это закончится. Все плохое уходит и приходит, верно? Хотя, сравнение только с плохим или хорошим неоднозначно.

... Щербатую и Мимозу попрошу организовать ночной обход границ лагеря. Остальным — будьте наготове. Проблема с враждебными бродягами остается.
А вот и ей привалило задание. Точнее, им — Щербатой и ей. Но ведь можно позвать и помощников. Как раз на глаза ей попалась белая с черными разводами шкурка — что ж, позвать подругу, думается, не такая уж плохая идея.

— Щербатая, Толокнянка, — Мимоза быстро собрала соплеменниц рядом с собой, деятельно потирая лапками про себя. Сейчас все организуем!

— Толокнянка, ты ведь поможешь нам с Щербатой? Вместе, думаю, мы быстро обойдем границы лагеря. А потом можно разделится — кто-то пойдет наблюдать недалеко от Детской, кто-то - недалеко от пристанища воителей и пещеры оруженосцев, а кто-то из нас будет наблюдать рядом с горой старейшин. Таким образом, у нас не должно быть брешей в защите, впрочем, думаю, прямо сегодня бродяги не нападут. Но стоит быть начеку. Как вам план?

Старшая воительница поочередно заглядывала в глаза то подруге, то Щербатой, ожидая от них предложений или согласия с планом. На глаза попалась бурая щерства Осянница и воительница одним глазом беспокойно на нее смотрела — но решила не звать ее на помощь. С тех пор, как она, кажется, убила одну из одиночек, воительница казалось ей довольно встревоженной. Но они особо не общались разве что с ее сестрой Ястрибинкой, которую Мимоза когда-то учила. И которая сегодня отвечала за порядок в лагере наравне с Тальницей.

Щербатая проигнорировала улыбку Тмина, обращённую в её сторону. Она уже всё решила: теперь будет его не замечать. И лишь совместные патрули и необходимость заставят её взгляд заскользить по его шёрстке. Всё. Игры кончились. Этого... этого напыщенного бурундука для неё больше не существует!

Зато Щебету она послала благосклонную улыбку и с гордостью отметила его распущенный длинный хвост, возвышающийся в уходящей толпе. Этот соплеменник уже попал в ту группу котов, с которыми она будет рада разделить трапезу. А эта группка была весьма маленькой, так что Щебет должен этим гордиться...

— Щербатая, Толокнянка, — она искреннее надеялась, что Мимоза не будет воспринимать всерьёз поручение Терзающего Звёзды и сейчас где-нибудь завалится в палатке на ночь, но, увы, её призывной голос говорил об обратном. Щербатой ничего не оставалось, кроме как с лёгкой дымкой уныния подползти к кошкам. Выслушав план Мимозы, она перевела взгляд на другую соплеменницу.
—  Если на нас неожиданно и бесшумно нападут, мы даже не сможем позвать друг друга на помощь, — здравое замечание... — Впрочем, это лучший план, который у нас есть. Нам просто не хватит лап, чтобы поступить иначе.
— Наш лагерь не такой большой, чтобы не увидеть друг друга из другой части лагеря... — задумчиво протянула Щербатая. Склоняться всю ночь по поляне ей, конечно, не хотелось, но высказаться всё равно было надо. — Давайте не разделяться, побудем вместе. Так и теплее будет, — на самом деле, это была основная причина, почему воительница не хотела куковать одна у одной из палаток. Риск превратиться в обмороженную сосульку был слишком велик, особенно ночью.

— Пусть даже не думает напроситься помочь! Напомогалась уже. Для большинства из нас, Воинский Закон — не пустые слова, — внезапно зашипела Толокнянка.
— А? — Щербатая вытянулась, проследила за взглядом и натолкнулась взором на Овсяницу. — А мне кажется, что тот, кто навлёк на нас беду, должен лететь вприпрыжку всему племени на выручку. А то как получается: учудила одна, а страдают остальные. Ещё и нас заставили всю ночь хвосты морозить, пока некоторые будут отлёживаться...
Щербатая заметила, что после убийства бродяги на Овсяницу некоторые соплеменники стали косо смотреть. Сама же воительница не считала убийство одиночки чем-то зазорным. Всё-таки внеплеменные коты не были защищены Воинским Законом. Выходит, бродяга сама напросилась. «Может не стоило остальных бродяг в живых оставлять? Тогда нам бы не пришлось переживать за собственные хвосты, выставлять дозорных и патрулировать весь лагерь до рассвета. В Сезон Голых Деревьев! Это ещё мне повезло, что я не заболела, а некоторые ходят и чихают да чешутся. На таких бойцов рассчитывать не стоит...» Щербатая взъерошила шёрстку от порыва холодного ветра.

[indent]Скип >

[indent]Ястребинка осталась в лагере за главную вместе с Тальницей, и этим ей приходилось довольствоваться, хотя она была не прочь погреть уши на Совете. Она шустрой змеёй скользнула мимо собравшихся и отряхнулась от приставших к уху слов о сестре, точно от грязи. Она мигом потрусила к Овсянице, несколькими решительными тычками намереваясь привести её в чувство.

[indent]- Ну что ты сидишь, как призрак! Ещё и не ела ничего, ты думаешь, я не замечаю? Ты и вчера к еде не притронулась. Сама себя наказываешь? И за что? - всем сердцем боясь, что наваждение сестры и всецелый отказ от пищи вернутся, Ястребинка не подбирала слов:

[indent]- И почему ты позволяешь им так на тебя смотреть? - она с ненавистью встретила один из взглядов Толокнянки, загораживая собой сестру. Уж от Мимозы-то могла бы и не защищать, но воспаленный ум и бывшую наставницу в моменте неволей записал во враги, раз уж она грела свой бок рядом с потенциальными обидчиками. Жаль, что Ястребинка не услышала слов Стрижа - мигом вписала бы его в свои безусловные товарищи.

[indent]- Слабачка ты, если ничем им не ответишь, - прошипела воительница, прижимая уши к затылку, - Ты защищала племя и их же хвосты, и вот вся их благодарность!
[indent]Шерсть на загривке Ястребинки воинственно вздыбилась, а затем так же резко опустилась обратно.

[indent]- Тебе что-нибудь принести пожевать?

- Наш лагерь не такой большой, чтобы не увидеть друг друга из другой части лагеря...

"Зоркая пошла молодёжь! В сугробах собралась нас высматривать, особенно меня, почти что белую," - мысленно усмехнулась Толокнянка, но здесь промолчала и Щербатой лишь натянуто улыбнулась - с почти незаметным оттенком снисходительности, какой награждала юных и самоуверенных. - Давайте не разделяться, побудем вместе. Так и теплее будет.

- Да, Щербатая, ты-то у нас замёрзнешь первой, - всё-таки она высказалась, выразительно оглядев пушистую шубку соплеменницы, и саркастично, но беззлобно, добавила: - А как же клятва защищать племя любой ценой? Даже ценой превращения в сосульку?

Впрочем, из-за разговора об Овсянице шутки пришлось отложить в сторону, так как от этой темы тяжёлая атмосфера и без того чёрной ночи будто бы стала ещё мрачнее. Ворчание юницы, которая никак не могла отпустить тот факт, что Терзающий Звёзды в ночь Совета нагрузил её работой, Толокнянка встретила тяжёлым покачиванием головы в знак несогласия.

- Неужели ты не понимаешь, что ей, как и всем изгоям, совершившим тяжёлый проступок, только того и надо - быть снова причастной к товарищам, к общему делу? Нет уж: пусть Овсяница познает тяжесть своей ошибки и поймёт, что доверие, потерянное однажды, надо заслужить. Кроме того, ответственному воину не нужны приглашения, чтобы найти себе дело. А если она, будучи одной из немногих здоровых кошек, будет слоняться по лагерю, как тень, то Терзающий Звёзды лично вправит ей мозги.

Последнюю фразу Толокнянка, до этого говорившая спокойно, выплюнула с желчью; но из собравшихся только ей самой и Мимозе, приходившейся чёрно-белой близкой подругой, было бы ясно, в чью сторону на самом деле направлена эта желчь. Не секрет, что с братьями она не близка, но явную нелюбовь к характеру предводителя Толокнянка не спешила выставлять напоказ.

К троице кошек бегом приблизился Стриж, высказав желание принять участие в обходе. Толокнянка благосклонна кивнула, так как у неё не было причин возражать, однако они появились уже мгновеньем позже, когда бурый кот повторно раскрыл свою пасть и разразился тирадой, полной праведного гнева. Как обычно то бывало в ситуациях, где Толокнянку пытались учить, как ей следует и не следует поступать, она снисходительно улыбнулась Стрижу, будто перед ней находился не воин, а чрезмерно нахальный котёнок, и позволила собеседнику закончить перед тем, как высказаться в ответ.

- Скажи мне, Стриж: ты слеп? Глуп? Или просто-напросто бессердечен? Потому что мне казалось, что жертва Берёзовика должна была научить тебя ценности жизни - кошачьей жизни - но, полагаю, я в тебе ошиблась. Открой глаза: эта падаль убила себе подобную ради победы - ради убийства - а не защиты племени. Звёздные предки, да на ней ни царапины нет! Будь она вынуждена пойти на это, чтобы спасти Жёлудя или Болиголова - все бы знали, и никто бы не осудил.

Толокнянка бросила очередной уничижительный взгляд на кошку, ставшую предметом столь горячего обсуждения, а заодно и на её сестру, Ястребинку.

- А бродяги не стали бы нам долгосрочной проблемой именно потому, что им, как ты любезно подметил, не ведом Воинский Закон. А значит, неведома и верность своему предводителю, своим товарищам, рождённая из чего-то большего, чем простая договорённость держаться вместе. Испытав свою наглость перед племенами пару раз, они всегда разбегаются опосля. Однако теперь, ведомые местью, они станут сильными и едиными, чтобы добиться своего, - насмешливо передразнила воительница Стрижа, чьи нервозные выдумки про бродяг умудрённой опытом кошке казались смехотворными. - И я искренне надеюсь, для твоего же блага... что в следующий раз ты трижды подумаешь, прежде чем указывать, что мне следует или не следует говорить. Прибереги эту дурную привычку для котёнка, которому не повезёт стать твоим оруженосцем.

— Я вас услышала. Но сейчас рассуждать о случившемся — это делать из листа почку. Мы должны сосредоточиться на настоящем и сделать то, что зависит от нас.

Мягкость подруги заставила Толокнянку закончить спор, и ей осталось, коротко кивнув, только ждать, пока двое других соплеменников выскажут своё согласие с планом, чтобы наконец-то приступить к делу. Демонстративно отвернувшись от Стрижа, которого она далее слушать не собиралась, потому что считала себя безоговорочно правой, воительница прилизала языком слегка заледеневшую шерсть и аккуратно почесала красноватый от болезни нос правой лапой. В одном воитель всё-таки был прав - зараза стала невыносимой.